Андрей Ленкевич: Я считаю, что в Беларуси вообще мало альбомов, а таких журналистских совсем нет. Поэтому мне захотелось сразу делать не фоторепортаж, а целую книгу. Шесть лет назад я впервые увидел просто гениальный репортаж классика белорусской фотографии Анатолия Клещука из газеты «Звязда», где он сделал фотографии о языческом обряде «жаніцьба коміна» — эта традиции, которые сохранились на Полесье. Я был просто шокирован, что до этого времени об этих традициях, которым тысячи лет, никто не знает. И когда они начались, никто не может даже приблизительно сказать. И песни, которые сохранились, и люди, которые понимают и чувствуют, что они делают и почему. Это не просто набор слов или мелодии, которые надо петь, — это некая внутренняя энергия, она многое означает.

Еврорадио: А почему, на ваш взгляд, в некоторых деревнях эти традиции совсем исчезли, а в некоторых сохранились? Где вы нашли этих людей, которые практикуют язычество до нашего времени?

Андрей Ленкевич: Мне повезло. Я не сам искал людей, я работал с Ириной Мазюк — знаменитой женщиной, занимающейся тематикой народных традиций. Она проводила исследования и скала, в каких деревнях это все сохранилось. Большинство традиций, которые мы нашли и фотографировали, — это Полесье. Это тотальная изоляция, болота и леса. Не знаю, насколько правда, но есть такая теория, что на наше Полесье заселяли всяких бабушек, знахарок, шептуний со всего Советского Союза. Вот и получилась там такая резервация. Но не знаю, правда ли это.

Еврорадио: Жива ли у нас культура язычества?

Андрей Ленкевич: Я отношусь к язычеству не как к религии, а как к мировоззрению, своеобразному отношению к природе, которое значит уважение. Но не только уважение, а существование в тотальной гармонии. Это изменение, но не изменение течений рек, не вырубка лесов для строительства новых домов, а изменение такое, чтобы никому не навредить, чтобы мы все вместе смогли жить и существовать на этой земле. Поэтому для меня язычество — стиль жизни, не агрессивный, не капиталистический, такой по-хорошему глупый. Ну и что, что есть люди на Земле, у нас есть разум, у нас есть руки и ноги, компьютеры и фэйсбуки, можем все делать — это все фигня. Если не будет воздуха, то мы все вместе возьмем и умрем.

Еврорадио: Как вам удается с бабушками, которые, наверное, чувствуют себя очень неловко перед чужаками, найти свои место и так невидимо фотографировать их и их обряды? Не против ли они? Как выглядит ваша работа?

Андрей Ленкевич: Ну, во-первых, приезд за несколько дней до начала фотографирования. Самогон, разговоры. И все. Видите, самое главное, чтобы люди почувствовали, что я приехал с благими намерениями, что я понимаю, о чем идет речь, я понимаю, почему они это делают, и что я не приехал как городской посмотреть на диких из деревни. Надо показать им, что я такой же, как они — это уважение в первую очередь. Вот то, что я говорил относительно язычества. С первого взгляда надо дать им понять, кто ты и что не будешь вредить.

Еврорадио: А вам полесские бабушки не предлагали поворожить вместе или поучаствовать в языческих обрядах?

Андрей Ленкевич: После выставки в «Подземке», которая состоялась где-то год назад, мне позвонил один человек. У нас с ним была очень странный разговор. После этого он мне подарил рушник, и я до этого момента не знаю, что с ним делать. Он предлагал поучаствовать в обрядах язычества, с участием настоящих магических людей. Но я немного боюсь, поскольку понимаю, насколько сильна эта энергия, и к тому же понимаю, что не готов в это войти. Поэтому и не перезвонил ему.

Еврорадио: Ваш альбом черно-белый. Когда вы ехали в эту деревню, сразу знали, что будете его делать именно таким?

Андрей Ленкевич: Именно. У меня была лента, средний формат, квадратные кадры. Для каждой темы ты выбираешь язык, каким будешь рассказывать. Расскажу вам такую интересную штуку о книге «Паганства», презентация которой пока не состоялась в Минске. Когда затрагиваешь что-то такое непонятное, сильное, магическое, все сразу начинает вокруг тебя прыгать. Мы очень долго боролись за обложку, потому что на обложке фотография женщины. И дизайнер Сергей Шабохин добавил фантастическую штуку — добавил серебра. Если смотреть на обложку просто, тогда видно лицо. А если начинаешь ее немного сдвигать влево или вправо, то лицо исчезает и получается такая смерть, черная женщина с белым лицом. А люди в типографии, когда начали ее печатать, остановили работу. Они сказали мне, что будто есть проблема и так нельзя делать, когда не видно лица. Испугались!

Еврорадио: Но, как мы видим, работу закончили, книга напечатана. Все живы! Книги еще в руках не держали, но на сайте znyata.com есть ее фото, на котором лица аккурат и не видно.

Кстати, вы заявляли о теме для следующей книги — белорусы в Польше. Что это за люди? Политики, общественные деятели или тоже простые бабушки из деревень?

Андрей Ленкевич: Нет, в этом смысле я отошел от политики и оппозиции и фотографировал  обычных белорусов: от самых знаменитых, как Сократ Янович, до очень простых и неизвестных, обычных людей из деревень. Просто мне было интересно посмотреть, как они живут, что делают, что происходит в Польше. И оказалось, что я открыл для себя целую белорусскую цивилизацию — белорусскоязычную, белорусскокультурную. Вот о них книга будет цветная и веселая!